Одним из ключевых игроков того состава был капитан «Буревестника» Жанбек Сауранбаев
Сорок лет назад волейболисты алма-атинского «Буревестника» выиграли золотые медали чемпионата Советского Союза. К высшей ступеньке пьедестала почета они подбирались на протяжении нескольких последних сезонов, поочередно отметившись сначала на нижней, а через год — на средней. Одним из ключевых игроков того состава был капитан «Буревестника» Жанбек Сауранбаев.
Запоздалое чемпионство
Надо сказать, что студенческая команда из столицы Казахстана вполне могла стать первой в Союзе и годом раньше. Но тогда, в 1968-м, наших волейболистов просто подкосил регламент чемпионата, предусматривавший отдельную от клубов подготовку игроков сборной СССР к Олимпиаде в Мехико. После двух туров (а это половина чемпионата!) из нашего сплоченного и сыгранного командного ансамбля были «изъяты» жизненно важные «органы» — лидеры «Буревестника» Валерий Кравченко и Олег Антропов. Грустно было смотреть на старшего тренера Зангара Джаркешева и всю казахстанскую команду, игравшую важнейшие матчи на домашней площадке без своих фаворитов, которые, случалось и такое, на несколько дней приезжали в родной город из расположения олимпийской сборной, но на площадку выйти не имели права. Сидели, смотрели, а помочь родному клубу ничем не могли.
Ну да ладно, долгое время лидировавший тогда «Буревестник» под конец чемпионата «разладился» и в конечном счете отстал от таллинского «Калева» на два очка. Можно согласиться, что высокая цель волейбольной федерации СССР, в конечном счете, тогда оправдала непопулярные средства: в Мехико советская дружина выиграла золотые медали. Вместе с партнерами из других ведущих клубов чемпионами Олимпиады стали наши Кравченко и Антропов. Можно согласиться и с тем, что в аналогичных дискриминационных условиях за медали боролись и другие ведущие команды страны. Но если у главных соперников во второй половине чемпионата были оголены какие-то отдельные позиции, то у нас — буквально все: Валерий Кравченко был и отличным блокирующим, и лучшим в стране нападающим, Олег Антропов считался незаменимым универсалом, прекрасно действовавшим и в атаке, и на приеме мяча. Так что в 1968 году больше всех пострадал именно «Буревестник», на финише проигравший не просто несколько матчей, а всесоюзное золото.
Следующий сезон стал триумфальным для земляков. Правда, начиналось все довольно грустно: в середине марта, после 24 проведенных игр, алмаатинцы занимали лишь пятое место — 13 выигрышей и 11 поражений. Несколько обнадеживало лишь то обстоятельство, что явных фаворитов чемпионата тогда не было, и впереди идущие коллективы тоже потеряли очки в десяти-двенадцати встречах. Газета «Советский спорт» в те дни писала: «Ждать значительных изменений в турнирной таблице в ближайшее время вряд ли приходится. Тот своеобразный рваный ритм, в котором привыкли выступать команды, скорее всего, сохранится. Лучшие игроки клубов уйдут в сборную, которая начнет готовиться к международным соревнованиям. Несомненно, что после полуторамесячного перерыва команды предстанут перед нами в каком-то ином качестве».
Более всего в измененном качестве после перерыва предстал только «Буревестник». «На заключительном этапе первенства, — писала главная спортивная газета страны, — очень сильно проводит игры прошлогодний серебряный призер алма-атинский „Буревестник“, одержавший шесть побед подряд. Казахстанские волейболисты сейчас являются самыми серьезными претендентами на победу в чемпионате». И вот крохотная заметка, опубликованная 29 июля в том же издании на первой полосе под названием «Чемпионы досрочно»: «Победив вчера команду „Радиотехник“ (Рига), волейболисты алма-атинского „Буревестника“ обеспечили себе первое место среди мужских команд независимо от результатов оставшихся матчей. Это стало известно после того, как команда ЦСКА проиграла киевскому „Локомотиву“. Теперь алма-атинские волейболисты недосягаемы».
То, к чему несколько лет шли наши волейболисты, свершилось. Золотые медали чемпионата Союза получили Жанбек Сауранбаев (капитан команды), Валерий Кравченко, Олег Антропов, Геннадий Гончаров, Александр Портной, Леонид Щербаков, Владимир Устименко, Александр Кармановский, Николай Рагозин, Вячеслав Шапран, Виталий Шапран и Амангельды Султанов, После подсчета всех очков и некоего осмысления итогов чемпионата старший тренер сборной СССР заслуженный тренер Советского Союза Юрий Клещев дал такую оценку новому триумфатору:
«Лишь на финише чемпионата алма-атинский „Буревестник“ (счастливо сохранивший свежесть и стойкость в игре), бурно финишировав, оторвался от своих преследователей. Успех молодой команды и закономерен, и симптоматичен. Обратите внимание — она целиком и полностью составлена из местных спортсменов.
В недалеком прошлом Казахстан не отличался какими-то особыми волейбольными традициями. А нынче трое игроков „Буревестника“ — Кравченко, Антропов, Портной — представлены в первой сборной страны, двое — Рагозин и Султанов — в молодежной. Следует учесть, что недавно в составе сборной страны играл и Сауранбаев.
Успех местной команды привлек внимание к волейболу и подростков и, что очень важно, спортивных деятелей республики. Поэтому я верю, что большая победа казахстанских волейболистов (кстати, на мой взгляд, она запоздала на год) не станет исключением в биографии алма-атинского „Буревестника“. Команда показывает добротную и, что очень важно, стабильную игру, отличающую истинного лидера, располагает перспективным резервом».
Наставник сборной Союза перспективы казахстанской дружины в конечном счете и угадал (в 1970 и 1971 годах «Буревестник» два раза выиграл Кубок европейских чемпионов), и промахнулся (золотым медалистом страны наш клуб так больше и не становился). Но это уже другая история, а мы вернемся к капитану чемпионов СССР Жанбеку Сауранбаеву, о котором Клещев как об игроке сборной тогда говорил в прошедшем времени.
У него была своя родина
Жанбек Негматович подтянут, как и сорок лет назад. Ещё будучи игроком «Буревестника», он возглавлял кафедру физического воспитания Казахского политехнического института. На этом посту он и сейчас, теперь уже бессменно более двадцати лет. Правда, его вуз нынче называется Казахским национальным техническим университетом, отмечающим в нынешнем году свое 75-летие. А вот спортивные залы остались теми же, построенными, в том числе, и при непосредственном участии заведующего кафедрой Сауранбаева.
Заслуженный мастер спорта, чемпион СССР, Европы, бронзовый призер чемпионата мира, победитель Кубка мира и двукратный обладатель Кубка европейских чемпионов — это далеко не все высокие титулы прославленного волейболиста. С Жанбеком Негматовичем мы недавно говорили и про спортивные достижения КазНТУ, и вспоминали дела давно минувших волейбольных дней. Меня интересовали его судьба в сборной СССР и история её досрочного прекращения.
— Жанбек Негматович, вас без тени сомнений брали на чемпионаты мира и Европы, Всемирные летние универсиады и розыгрыши Кубка мира, а в олимпийскую сборную не пригласили ни разу. Как это могло произойти с одним из ведущих игроков Советского Союза?
— Отчего ж, брали. Перед Играми в Токио. В сборную страны я тогда проходил седьмым-восьмым игроком из необходимых команде двенадцати. Но когда пришло время для болельщиков и спортсменов ознакомиться с окончательным составом, в олимпийской команде неожиданно оказались трое не в полной мере заслуживших это право волейболистов из России. Не буду называть их фамилии, сразу после Олимпийских игр этих волейболистов в сборной просто след простыл, причем, навсегда, а я успешно играл ещё четыре года.
— Неужто достойные выводились из состава, а кого-то туда срочно и неоправданно вводили?
— Именно так. Я потом выяснил, для чего это делалось. Ну, во-первых, чтобы наставники этих игроков, по большей части сидевших в сборной СССР на скамейке запасных, потом за «успехи» подопечных получили звания заслуженных тренеров Советского Союза. И ещё. Уже в те годы в советском спорте был непререкаемый авторитет Юрия Чеснокова, по сути рулившего всем волейболом большой страны. И вот однажды, когда у нас в Москве были сборы, он пригласил меня к себе домой. Когда ребята из сборной узнали, что сам Чесноков приглашал домой Сауранбаева, они не поверили: настолько недоступен и негостеприимен был этот человек.
Предложение было одно: перейти в ЦСКА. В этом случае мне на долгие годы вперед гарантировалось место в сборной Союза и все иные дивиденды, положенные избранным. Я, конечно, отказался: у меня была своя прекрасная команды, своя родина. И тогда случилось то, что случилось: меня отказались приглашать в главную команду страны.
— Вы так думаете, что шли седьмым-восьмым кандидатом на участие в Олимпиаде-64 или уже тогда был какой-то рейтинг претендентов на места в сборной?
— Мы несколько месяцев готовились к Играм на прекрасной олимпийской базе, где кроме волейболистов до необходимых кондиций доводились представители ещё пятнадцати видов спорта — легкой и тяжелой атлетики, лыжных гонок и других. С нами работала комплексная научная бригада из пяти опытнейших специалистов. Поначалу кандидатами в сборную были отобраны 24 сильнейших игрока страны, но после каждого учебно-тренировочного сбора олимпийскую базу, может быть, навсегда покидали по два-три человека. Это было самое тяжелое для нас испытание — не оказаться в числе отчисленных, постоянно поддерживать самые боевые кондиции, показывать наставникам, что именно ты нужен главной команде Союза.
Я в составе оставался до последнего сбора, но, отказавшись перейти в ЦСКА, тут же был отчислен. Кому в сборной был нужен казах да ещё с далекой периферии, не пожелавший к тому же переехать в Москву? Вот игроков из России, Украины, Белоруссии, тех, кого легко можно было вызвать в сборную, без задержек оформить им документы на выезд за рубеж, да и просто получить за них заветные звания заслуженных тренеров СССР, в перовой команде не обижали. Ещё раз скажу: из чемпионского состава олимпийской сборной 1964 года трое игроков больше никогда не появлялись ни в национальной команде СССР, ни во второй, ни в молодежной, ни в какой иной.
— Как вы полагаете, такую же обработку некоторое время спустя проходили Валерий Кравченко, Олег Антропов и другие ведущие игроки «Буревестника»?
— Из нашей команды в сборную я попал первым: стал чемпионом Европы, бронзовым призером чемпионата мира, выиграл две золотые медали чемпиона Всемирных универсиад… Через год в сборную пригласили Валерия Кравченко, ещё через два — Олега Антропова. Честно скажу: куда и когда звали перейти наших олимпийских чемпионов, я не знаю, но Кравченко играл за «Буревестник» до конца спортивной карьеры, а Антропов перешел в «Радиотехник» в 1971 году.
— С высоты нынешних лет звездный «Буревестник» конца шестидесятых-начала семидесятых годов прошлого века почему-то устойчиво ассоциируется с Казахским политехническим институтом…
— Нет, у нас была команда, сформированная из студентов и выпускников нескольких вузов Алма-Аты. Политех закончил разве что Валерий Кравченко, да ещё я в нем работал заведующим кафедрой физкультуры. А играли и будущий медик Олег Антропов, и выпускники Казахского института физической культуры, каковым когда-то был и ваш сегодняшний собеседник. Так что у нас был настоящий «Буревестник», а заодно и сборная Казахстана.
— В памятном 1969-м Юрий Клещев вспомнил вас как бывшего игрока сборной Советского Союза, но в 1970-м давно не игравший в этой команде Жанбек Сауранбаев был удостоен звания заслуженного мастера спорта СССР. Тогда одним указом отметили и вас, и Зангара Джаркешева, ставшего заслуженным тренером страны. Выходит, в полное забвение вы все же не попали, о вас помнили и под занавес спортивной карьеры воздали по заслугам?
— Значок и удостоверение заслуженного мастер спорта мне в нашем Дворце спорта вручал заместитель председателя Спорткомитета СССР Валентин Сыч. В указе значилось: «За особые заслуги перед советским волейболом».